Главная » Статьи » Мои статьи

Из истории ПСКОВСКИХ ПОДЗЕМЕЛИЙ

Из Археологической экспедиции

исследования Псковских подземелий.

«Псковские губернские ведомости»,

1873г., № 25(неофициальная часть)

 

В числе монументальных памятников местной древности и старины, еще не исследованных, состоят, между прочим, подземные галереи Пскова, сооруженные в незапамятные времена в видах более успешной обороны прежнего вольного Пскова от частых нападений внешних врагов, как то ливонцев, литвы и поляков.

Члены вновь утвержденной Псковской Археологической комиссии, увлекаемые любовью к отечественным памятникам и, между тем, желая проверить на практике народные рассказы об означенных подземных сооружениях древних псковитян, восходящие иногда за приделы возможного, предприняли нынешней весною разведку тех точек, с которых возможно было бы спуститься в Псковские подземелья. Стремление их увенчалось желанным успехом. Между Великолукскими вратами и историческою Свинорской башней они отыскали каменный дугообразный выход, ведущий из подземного царства за город, в сторону Алексеевской слободы.

Не без труда спустившись в подземелье наши ревнители древности и старины очутились в подземной, темной, как осенняя ночь, галерее. Зажгли огни и затем, при тщательном осмотре местности, представилось им нижеследующее: высота галереи – косая сажень, а ширина – маховая сажень, так что 3 человека вряд могли бы свободно следовать по галерее, не касаясь свода подземелья. Галерея сооружена вся из дикого камня: стены, свод и пол – всё плитяное (плитняк) и при том всё это необычайно прочной постройки. Сверх того, свод, судя по остаткам кое где уцелевшего дерева, когда-то был еще обшит деревянными досками.

На своде местами видны были известковые сталактиты.

Экспедиция, вооруженная приличным образом, смело двинулась вперед, измеряя свой путь веревкой. На 10 саженном расстоянии от выхода из подземелья экспедиция открыла с левой стороны другую галерею, пересекающую главный коридор под прямым, вход в которую завален наносной землей. Подземный коридор чем дальше вел, тем все больше и больше углублялась в землю, образуя таким образом покатую плоскость и, между тем, всё поворачивая влево, под площадь, занимаемую городом.

На 30 саженном расстоянии от выхода из подземелья оказалась вода, и затем топкая по колено грязь. Двое из участвовавших в экспедиции лиц перебрались в ботфортах через топкое место и дали знать прочим товарищам в свисток о благополучном переходе через подземный Рубикон. Далее пошла опять грязь…

На этом пункте пока остановилась первая экспедиция для исследования Псковских подземелий.

Кроме того экспедицией замечено, что на пространстве между башнями Покровской и Свинорской пробит кем-то (из праздного любопытства) свод одной из подземных галерей, которая при осмотре тоже оказалась засыпанной землей. …

Археологическая экспедиция покорнейше просит граждан не допускать никого разрушать подземные ходы, в которых проливали свою кровь псковичи во время грозной осады Пскова войсками польского короля Стефана Батория. Известно, что мужественная оборона Пскова от нашествия грозного врага внушила знаменитому русскому художнику, творцу [художественного полотна] «Последний день Помпеи», К.П. Брюллову написать картину «Осада Пскова», которую мы не раз видели в залах Императорской Академии художеств в Санкт-Петербурге. Есть копии с этой картины, исполненные с оригинала маслеными красками академиком А.И. Травиным. Она (копия картины «Осада Пскова») приобретена у наследников Травина Псковским городским Головою и членом Археологической комиссии П.П. Калашниковым за 200 рублей и находится у него в загородном доме в селе Корытово.

Подземный ход из Покровской башни к реке Великой, сооруженный, по всей вероятности, для добывания воды во время осадного положения города, тоже оказался засыпанным землей. Народные фантазии видеть этот ход под саму реку Великую не оправдываются.

На обратном пути экспедиция взяла с собой для Археологического музея два кирпича из пролома, сделанного войсками Стефана Батория, и потом заделанного псковичами.

Затем, в непродолжительное время, имеет целью состоятся 2-я археологическая экспедиция для дальнейшего исследования подземелий.*

 

Член-секретарь Псковской Археологической Комиссии

К.Г. Евлентьев

 

*Подземные ходы служили псковитянам путем для внезапных вылазок на осаждающего неприятеля, который почти ежечасно угрожал Пскову в прежнее время.

Да, наш мирный ныне Псков, будучи оплотом России на нападных рубежах, сослужил, в своё время, верную службу своему Отечеству, выдержав множество осад и приступов неприятеля.

Псковская область, начиная с 1116 г. и, кончая 1709 г., имела, не много не мало – 123 войны с врагами внешними.

Если мы приведем себе на память всё то, что вытерпел в прежние времена многострадальный город от неоднократной моровой язвы, неурожаем хлеба и дороговизны, а так же пожаров и внутренних возмущений, то убедимся, что не многим городам Древней Руси выпало на долю такое горе-злосчастие, как Пскову! Не даром же он так измельчал, выродился и вылился в форму незначительного губернского города.

 

«Псковские губернские ведомости»,

1873г., № 26(неофициальная часть)

Продолжение.

Об археологической экспедиции для исследования Псковских подземелий. *

 

*Экспедиция состоялась вследствие резолюции, принятой в 4-м заседании Псковской Археологической комиссии 5 июня 1873 г.

1 июня, в 6 часов вечера, экспедиция снова спустилась в подземелье, зажгла огни и потянулась вперед по мрачному коридору, с осторожностию шагая через попадавшиеся под ноги камни и любуясь на украсившие свод сталактиты, на которых искрились, как алмазы, капли воды.

Достигши бокового тайника, пересекающего главный коридор под прямым углом и ведущего под городскую стену, экспедиция остановилась.

При новом, более тщательном осмотре этой ветви, оказалось, что тайник засыпан не наносной землей (естественным образом), но обвалом свода, который рухнул с течением времени и загородил дорогу.

Пройдя 30-ти саженное пространство от выхода из подземелья до воды, экспедиция снова остановилась для наблюдений.

По осмотре этой местности оказалось, что главный тайник делает здесь два поворота – один влево, а другой – вправо, оба под тупым углом, и что воды в подземельи, против прежнего, несколько прибыло…

С этого пункта, как нам уже известно, начинается грязь. Перебравшись через подземный рубикон, т.е. через тонкое место, где воды хватало до колен и ботфорты вязли в тине до половины, экспедиция попала «из огня в полымя», как говорится – в густую, вроде мучного места, грязь. Некоторые из участников экспедиции, в виду предстоящих трудностей для дальнейшего следования, мысленно уже задавались вопросом: не вернуться ли назад? Но общее любопытство превозмогло боязнь за благополучный исход дела и все снова двинулись вперед, увязая в грязи…

Через несколько минут передовой дал знать, что подземелье заканчивается обвалом свода. Здесь некоторым показалось уже трудно дышать от сгущенного воздуха. На этом пункте экспедиция остановилась окончательно, убедившись, что дальше следовать было небезопасно.

 

Псковские губернские ведомости,

№ 27(неофициальная часть)

Продолжение.

Экспедиция, продолжая путь вокруг городских стен, за католическим костелом, обозрела нечто вроде выхода из тайника, но при раскопке тайника здесь не оказалось, а между костелом и Сергиевскими воротами усмотрен был у стены тоже как бы выход из подземелья: оба обращены фасадом к станции железной дороги. Последний вел под городскую стену. В устье этого выхода, при раскопке оказались куски полусгнившего дерева, а при осмотре его с огнем, он оказался засыпанным осевшей под тяжестью стены землей; в своде найдено 4-х угольное отверстие, заложенное камнем. Над самым выходом стена разломана и от выхода, по ту сторону стены, шла в город поросшая травой канава, скрывающаяся в саду у Ладыгиной. …

По пути осмотрены башни: полуразвалившаяся Петровская у ворот того же имени, засыпанная землей, Песецкая, у золотой горки. При этом нередко встречались в стене (заросшие, большей частию мусором) полукруглые ворота, из которых одни ворота имели готическую форму.

В нижней части стены встречались сквозные отверстия (окошечки), имевшие, без сомнения, оборонительное значение; через них можно было и наблюдать осаждающего неприятеля и стрелять из пищалей. Все эти амбразурки выглядывали из полукруглых нишей, устроенных в смене со стороны города. На стене заметны были швы, т.е. видно было, как одна часть её приставлялась к другой во время постройки; кое где на ней сохранилась даже штукатурка толщиной в палец.

В стену, вместе с плитой, местами были вложены большие булыжные камни, а так же замечалось дерево, заменявшее здесь железные связки. Там древние городские стены стояли перед нашими глазами во всей своей отживающей красе, не тронутые неумелой рукой реставратора! Священные стены! Много было положено труда и пота при постройке, и много-много было пролито крови и слез на выси этих стен псковитянами при защите родного города. *

*Псков в летописи именуется Господином.

 

Член-секретарь Псковской Археологической Комиссии

К.Г. Евлентьев

 

Из Археологической экспедиции

исследования Псковских подземелий.

 

 

Псковские губернские ведомости,

№ 28(неофициальная часть)

Продолжение.

Экспедиция на Запсковьи осмотрела местность, по которой, между прочим, возвышается Гремячая башня, так называемую Гремячую гору.

Там, по указанию Члена Губ. Статистического Комитета г. Василёва, находился прежде тайник, которого теперь больше не видно. С Гремячей башней связана нижеследующая легенда:

В склепе башни, за двумя железными дверями, лежит в гробу с давних пор, проклятая своей матерью, красавица княжеская дочь. Лежит без движения и без языка, с открытыми глазами и с румянцем на щеках. Несчастную девушку окружают бочки с золотом и нечистая сила сторожит вход в башню. Кто сможет отчитать 12 дней и 13 ночей сряду, без отдыха, псалтирь над девушкой, тому она достанется вместе с золотом, её окружающим.

Однажды выискался такой смельчак и явился в башню. Перед ним замки и цепи с грохотом упали и железные двери со скрипом растворились. Смельчак спустился в склеп и стал читать псалтирь. Страшные видения осаждали его со всех сторон. Читал, читал он…, шесть дней отчитал, но на седьмые сутки не выдержал и задремал. В эту минуту нечистая сила выбросила его вон из башни и несчастный лежал двое суток без языка. Не долго жил он после этого и умер. А красавица княжеская дочь так и осталась в башне почивать и поныне. Лежит она, окруженная золотом.

Легенда эта похожа несколько на германскую легенду «О колючей розе». По всей вероятности имела в основании своем истинное происшествие. Известно, что псковские башни служили прежде, между прочим, так же местом заключения, т.е. темницею. Без сомнения, в этой башне была заключена какая-нибудь высокопоставленная особа, что и подало повод народной фантазии сделать настоящую легенду. Всякое происшествие, чем дальше уходит от нас в глубь веков, тем все более и более облекается в фантастическую форму.

Гремячая башня стоит от нас на правом берегу р. Псковы. Она построена из плиты лучшего качества, чем крепостные стены.

 

Пятиярусная со склепом и 13 амбразурами она величава.

В прежнее время каждый ярус её, как и прочих псковских башен, отделялся деревянным помостом, на который ставились пушки, направленные в амбразуры. Вид её и теперь еще грозен. Она не засыпана землей, как другие башни. Лето украсило её двумя венками из живой зелени и покрыло голубым небом.

Это высокая и гордая башня не редко служит моделью для местных художников, восхищающихся её живописным видом.

В нескольких шагах от башни, в городе, стоит небольшая церковь бывшего Косьмо-Дамиановского с Гремячей горы монастыря, основанного в 1383 году – место погребения Архиепископа Псковского и Изборского Макария, жившего на покое в Косьмо-Дамиановском монастыре.

Иконостас в церкви писан местным художником А.А. Алексеевым, имевшим от Академии Художеств золотую медаль за успехи в перспективной живописи.

У подошвы Гремячей горы, в так называемой «волчьей яме», находится каменный бывший монастырский дом, ныне обращенный в казарму. А вдоль стены тянутся еще развалины…

 

Член-секретарь Псковской Археологической Комиссии

К.Г. Евлентьев

 

 

Из Археологической экспедиции

исследования Псковских подземелий.

 

 

Псковские губернские ведомости,

№ 30(неофициальная часть)

 

На Запсковьи больше сохранилось башен, чем в других частях города, потому, вероятно, что это окраина Пскова реже других подвергалась нападению неприятеля. Некоторые из Запсковских башен имеют 4-угольную форму и поросли с течением времени травой и деревьями. В одной из башен экспедицией были усмотрены лесины, составлявшие прежде помост башни. Здесь так же видны были амбразуры в нижней части стены, а в верхней – небольшие круглые отверстия, служившие вместилищем теперь уже подгнивших деревянных связок в стене и усмотрен еще темный подклет с выходом за город. Всех башен вокруг Запсковья насчитано было восемь, тогда как на плане Пскова 1581 г. их значится 12 (или даже 13).

Башни эти не все построены на продольной линии стены, но некоторые выступают за неё.

Вокруг шел ров, теперь уже полузасыпавшийся с Запсковской стороны.

Обращаем внимание фотографов на необходимость снятия с некоторых башен верных рисунков [фотоснимков], пока эти драгоценные памятники местной старины еще существуют. ([доб. Фото Парли, Покрышкина и др., рис. Годовикова]).

На линии стены, идущей по правому берегу р. Великой, сохранились еще водные ворота прежней постройки. Выходов из тайников на всем протяжении Запсковской стены, а именно – от Гремячей башни и до р.Великой, не оказалось. Если они и были когда-нибудь с этой стороны города, то с течением времени затерялись уже. При настоящем обозрении замечено экспедицией, что в стене местами сделаны выломы и сама плита увезена.Факт уничтожения таким образом древних городских стен достоин сожаления. Остается желать, чтобы подобным бесцеремонным образом таким делам был положен конец.

Не одни только ученые и любители древностей дорожат псковскими стенами, как памятниками старины, но даже само Правительство наше заботится о сохранении их, по возможности, в прежнем виде. Живым свидетельством этого служит то обстоятельство, что в 1866 и в 1867 гг для поддержания Псковских стен было израсходовано из казны 18000 р.

 

Член-секретарь Псковской Археологической Комиссии

К.Г. Евлентьев

*С башней, находящейся на Гремячей горе, соединен еще народный рассказ, который мы забыли привести в своем месте, а именно:

В день св. апостола Иоанна Богослова, который празднуется на Мишариной горе, как престольный праздник, мастеровой, порядочно подгулявший ради праздника, поздно ночью возвращался в город. Ему повстречались двое знакомых: «А, земляк!? ЗдорОво!» - «Здравствуйте, земляки!» - «Зайдем-ка брат, да выпьем еще за компанию!» Зашли… Земляки сами пьют и мастерового угощают. Когда мастеровой перекрестился по православному обычаю перед налитой водкой, тогда все исчезло из его глаз: и земляки и угощение, и сам он очутился, где бы Вы думали? На Гремячей башне с огромной костью в руке!

У мастерового и хмель прошел и сам он, в неописуемом ужасе, еле-еле живой дождался утра, когда проходящие люди сняли его с башни с большим трудом.

С тех пор наш мастеровой полно более ходить на Мишарину гору в день св. Иоанна Богослова!

В основании этого фантастического рассказа, без всякого сомнения, тоже лежит истинное событие.

С людьми, преданными водке, т.е. напивающимися при каждом удобном случае до recpius ultra, по латинскому выражению, а по-русски: «до чертиков», зачастую творятся чудеса, подобные вышеприведенному.

**Рвом окружен был весь город с сухопутной (напольной) стороны и, сверх того, защищен сооруженными из земли раскатами (болверками).

 

Из Археологической экспедиции

исследования Псковских подземелий.

 

 

Псковские губернские ведомости,

№ 32(неофициальная часть)

VI ч.

 

В самом устье Псковы, у подножия Кремлевского холма, в так называемых Нижних решетках, где прежде были водные ворота, которыми запирался вход в реку Пскову и сам город, экспедиция усмотрела остатки свай в воде. Известно, что под Гремячей горой в то же время были другие подобные ворота (верхние решетки). И те и другие можно было видеть на плане Пскова 1581 г.*

Ворота служили продолжением городских стен и имели по 2 отверстия для входа людей в город, в так называемые рыбники [на судах] и для выхода из него в р.Великую. По верху решеток можно было проходить из города на Запсковье и обратно.**

Остатки башен в нижних решетках, между которыми находились ворота, и по ныне еще существуют.

В Кремле, за церковным домом, осмотрен был каменный подвал, служивший прежде, по преданию, кузницей, а может быть и поварней.

В своде его, как раз посередине, есть круглое отверстие (оконце) и по углам тоже по отверстию, устроенному, без сомнения, для выхода дыма.

Из этого подвала ведет, заложенный плитой, вход в другой подобный же подвал, обращенный соборным духовенством в общий погреб.

В первом подвале, когда устраивалась серебряная гробница для мощей св. князя Гавриила, находилась печь, в которой сплавлялось серебро для гробницы.***

Угол Кремля за церковными домами почему-то образует котловину, в которой соборяне выращивают огородные овощи. С этой же стороны они достают так же воду для ежедневных домашних потребностей, для чего устроен спуск с кремлевского холма к реке Великой.

Чтобы предохранить от опасностей жизнь людей, проходящих берегом, стену следовало бы поддержать контр форсами, подобно тому, как сделано на Александровской набережной.

В Кремле, между прочим, находились прежде Государевы житницы. Они построены были из дерева, почему и остатков их не сохранилось.*

Между теплым собором и Довмонтовыми стенами стоял когда-то архиерейский дом, который соединялся с церковью крытым переходом (стеклянной галереей).

Продолжение следует…

Член-секретарь Псковской Археологической Комиссии

К.Г. Евлентьев

 

 

*Этот план в последнее время был скопирован с картины-иконы, находящейся у Владычнего креста (в часовне) художником К.А. Солодягиным и издан В.А. Прохоровым в одном из его археологических журналов.

**По городским стенам прежде можно было не только свободно проходить, но и проезжать в экипаже со стороны города. Такое устройство было необходимо во время обороны города от неприятеля, иногда на стенах стояло все народонаселение Пскова с оружием в руках.

***Известно, что гробница св. князя Гавриила сооружена из старых серебряных церковных вещей Троицкого собора. Гробницу можно было бы соорудить и на другие средства, а старинное серебро следовало бы поберечь для соборного музея (ризницы).

Категория: Мои статьи | Добавил: Юрий (27.03.2017)
Просмотров: 229 | Рейтинг: 0.0/0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]